Популярный юморист Вадим Галыгин с подозрением относится к женщинам в погонах. «Женщины сейчас проникли во все сферы и области, которые раньше считались мужскими. Разве что осталось отрастить усы, чтобы выглядеть более внушительно и устрашающе. Да и в конце концов, мы же не в Израиле живем. Женщина должна оставаться женщиной», - считает он.

Финалист конкурса «Народный артист» Алексей Чумаков предпочитает больше говорить о сексуальных чертах милиционерш, чем об их общественных функциях. «В сексуальном плане их не воспринимаю, но думаю, мужчин, которым нравятся властные или псевдо-властные женщины, дамы в погонах очень заводят. Я же предпочитаю другой типаж девушек - женственных, слабых, хрупких», - откровенничает музыкант.

Е.Л.: А еще половина инвалида - это кто?

Е.П.: Шура и Лева из «Би-2» - тоже отличные парни. Мы созваниваемся, шлем друг другу какие-то анекдоты. Еще с Сашей Панайотовым я очень дружу.

Е.Л.: Матерь божья...

Е.П.: На самом деле, он очень талантливый, у него огромный потенциал! Но он, к сожалению, совсем не «русский».

В.Я.: Это проблема?

Е.П.: В нашем мире? Конечно! Плюс у него неудачная продюсерская история. Для большинства обывателей Леша Чумаков - который вышел оттуда же, из проекта «Народный артист», - и Саша Панайотов - это, в принципе, один и тот же человек. Они их по голосам не отличают. Тем не менее у первого по бизнесу все относительно нормально, у второго - вообще никак. Потому что Чумаков сумел откупиться от продюсеров, а Панайотов - нет.
Е.Л.: Что значит «смог откупиться»?

Е.П.: Ну, Чумакова перекупили у его продюсера другие люди. Артиста ведь можно купить, если он кому-то принадлежит.

Е.Л.: Не понимаю.
Е.П.: Допустим, у тебя есть с кем-то контракт - на десять лет. А ты ему на пятый год говоришь: «Слушай, не хочу больше с тобой работать, за**ал ты меня, товарищ Вася». - «Да ради бога! - отвечает он. - С тебя триста пятьдесят тысяч евро - и до свидания».

Е.Л.: Эта сумма прописана в контракте?

Е.П.: Да ничего там не прописано! Мы же в России живем. Максимум, там может говориться об абстрактной неустойке. Никаких сумм.

Е.Л.: А если не заплатить - тебя что, убьют?

Е.П.: Ну, не убьют, конечно... Но десять лет ты как миленький отработаешь.

Е.Л.: Почему нельзя просто сказать: «Иди на **й!» - и все?

Е.П.: Тогда тебе не дадут работать. Зачем тебя убивать? Ты просто не будешь нигде выступать, тебя не будет ни на одной радиостанции, ни на одном телеканале. Это тоже смерть, только моральная. Давным-давно в группе «А-Студио» был такой изумительный вокалист и музыкант - Батырхан Шукенов, который в какой-то момент очень захотел стать сольным исполнителем. Мы сейчас не обсуждаем внутреннюю подоплеку - я просто привожу пример, что такое захотеть почувствовать себя свободным музыкантом и не договориться с продюсером. Батыр не договорился. И где он сейчас? При этом он офигительный артист! Я уверена, он в любой момент мог бы вернуться на вершину. Потому что он такой один. Но его нет, потому что у него есть некая проблема... В любом деле существуют свои негласные правила игры. Если ты решил делать бизнес на музыке - ты должен принять правила этого бизнеса. Так же как если бы ты, Левкович, торговал бы стаффом. Войдя в этот бизнес, ты должен был бы принять его правила. Они гораздо более брутальные, жесткие, смертельно опасные, но ты все равно их примешь, если хочешь зарабатывать. Будешь договариваться, платить взятки, ходить на стрелки и так далее.

Е.Л.: А правила шоу-бизнеса можно сформулировать?

Е.П.: Первое правило: деньги не решают ничего. Второе: деньги решают все. Похоже на правила «Бойцовского клуба».

В.Я.: Давайте выпьем за отмену рабовладельческого строя.

Е.П.: А можно я - за Сашу Панайотова?

В.Я.: Ради бога.

Все интервью здесь:
http://www.rollingstone.ru/articles/8548
Неужели Лешу кто-то купил? Догадываюсь кто.

Отрывок:
"Настоящий музыкант, музыкой занимается.

- В отличие от «поющих трусов». Там чуть светанулась по телевизору, всё! Она уже «звезда».

Носков: - Ну, здесь задачи совершенно разные. Знаешь, как говорят у нас в шоу-бизнесе? Скромность – путь в неизвестность! Скромный? Значит, умрёшь неизвестным! И у них нет другого выхода. Если не будут кричать о себе, то крикнут другие и их затопчут.

- И их роскошной жизни придёт конец! Ну, или какая другая рифма!

Носков: - Для них музыка – это единственный способ заработать на хлеб. А для меня музыка – это моя единственная возможность выразить себя. Ну, а если мне за это ещё и будут деньги давать, то это вообще великолепно! Поэтому публика моя, которая до сих пор ходит на мои концерты, это единственные мои инвесторы. Я это понимаю так, что когда люди покупают билеты на мой концерт, они делают такой инвестиционный аванс, который звучит следующим образом: « Вот, мы ходим к тебе на концерт, но ты должен понимать, что мы даём тебе деньги для того, чтобы ты работал дальше. А не просто бегал, дурака валял и показывал там, неизвестно что по телевизору». Вот я это расцениваю так. И поэтому я не могу позволить себе выйти пьяным на сцену или в плохом настроении. Или там выйти, полчаса отпеть под «фанеру», и сказать: «Всё! Пошли на фиг! Я поехал!» У меня такого не бывает, и быть не может. Я каждый концерт работаю с полной отдачей. Потому, что уважаю тех людей, которые ко мне пришли. Это они мне дают возможность заниматься музыкой. И за это им низкий поклон."